История

Царь Борис Годунов


Борис Годунов

Царь Федор умер 6 января 1598 г. бездетным. Блаженного царя так любил народ, что на похоронах из-за плача и воплей не было слышно погребального пения. Отсутствие братьев и детей у покойного привело к тому, что царский скипетр перешел к его вдове, царице Ирине Федоровне, которой присягнули бояре и народ. Но она отреклась от власти и 15 января постриглась в Новодевичьем монастыре под именем старицы Александры. И все-таки некоторое время Ирина считалась «царицей-инокиней» и ее именем подписывались царские указы. А тем временем развернулась острая подковерная борьба за власть. В этой борьбе сцепились боярин Федор Никитич Романов и Борис Годунов. За Федора, двоюродного брата покойного царя, стояло боярство, за Годунова – чернь, стрельцы и патриарх Иов. 46-летний Борис твердо решил взять скипетр в свои руки, но при этом действовал осмотрительно и осторожно. Он не хотел прослыть узурпатором и стать жертвой всеобщего возмущения, тем более что против него были многие члены Боярской думы. Поэтому при помощи верных людей и патриарха Иова Борис представил дело так, будто не сам он рвется к власти, а народ, общество мечтает видеть его на троне. Для этого устроили настоящий спектакль. Бояре и весь Земский собор дважды приходили в Новодевичий монастырь, где у сестры укрылся Годунов, и «слезно» упрашивали его занять трон. Злые языки говорили, что с тех, кто не участвовал в шествиях и ползании на коленях перед кельей Годунова, взимали по два рубля штрафа. Но все-таки многие шли добровольно и страшились остаться без «надежи-государя». Борис дважды отказывался от предложения депутаций. И только жалобные клики ребенка, подсаженного прямо под окно кельи Бориса и невинным голоском умолявшего его занять трон, «сломили» волю Бориса – он смилостивился и якобы нехотя согласился стать царем. Тем самым, распалив народные чувства, он добился народного признания и поддержки. А уже потом, став царем, Борис подавил сопротивление недовольных бояр.

Борис был талантливым, ярким человеком, самородком. Как писал дьяк Иван Тимофеев, царь Борис «от рождения до смерти не проходил путей буквенного учения. И чудо – так как впервые у нас был такой неграмотный царь!» Но зато Борис кажется опытным, хитрым политиком, интриганом и бессовестным демагогом. Вступив на престол, он заявил: «В моем царстве не будет нищих и бедных», – и, коснувшись своей рубашки, воскликнул: «И эту последнюю разделю со всеми!» На самом деле он думал только о своей власти и мечтал создать новую династию Годуновых. Годунов, зять Малюты Скуратова и любимец Ивана Грозного, не брезговал ничем, чтобы устранить людей, казавшихся ему опасными. Зато вся Москва запомнила, что после коронации 8 дней подряд он поил народ медом и пивом, тысячи людей получили от царя подарки, а заключенные – свободу… Словом, как писал автор Хронографа 1617 г., «и так красовался словно финиковая пальма листвой добродетелей».

Царь Борис ценил знания, был наслышан о заморских новинках в науке и военном деле. Он первым из русских царей начал посылать дворян учиться за границу (впрочем, никто из них не вернулся на родину). Борис нанимал в армию иностранных офицеров, позволил протестантам, жившим в Немецкой слободе под Москвой, построить свою церковь. В Москве построили красивое английское подворье. Борис даже хотел завести в России университет.

Борис много строил, привлекая к этим работам тысячи людей, чтобы обеспечить их пропитанием. Борис собственноручно заложил в Смоленске новую крепость, а архитектор Федор Конь возвел ее каменные стены. В московском Кремле засверкала своим золотым куполом надстроенная в 1600 г. 80-метровая колокольня, получившая название Ивана Великого. Написанное золотом имя царя Бориса видно на колокольне до сих пор. Завистники царя, глядя на это необыкновенно высокое по тем временам, видное за 10 верст от Москвы, сооружение, обвиняли Бориса в безмерной гордыне, в суетном желании сравняться с Богом. Колокольня оказалась настолько могучей и прочной, что в 1812 г. французские оккупанты не смогли взорвать этот колосс. Круглое каменное Лобное место на Красной площади – место публичных казней – также стало памятным творением времен царя Бориса. В Сибири и Поволжье, на юге по его воле строились новые города и укрепления. Один из городов в честь Годунова назвали Царевом-Борисовом. Но самым грандиозным строительным проектом Бориса стал проект возведения в Кремле собора «Святая святых» – самого огромного храма православного мира. Архитекторы уже сделали деревянную модель собора, завезли огромные горы камня для его возведения, но строительство по каким-то причинам так и не началось.

Царь мечтал упрочить династические связи, искал для дочери Ксении иностранного жениха. Сначала выбрали шведского принца Густава, но он не пришелся к русскому двору. Новым женихом стал датский принц Иоанн, но в 1602 г. бедняга неожиданно умер в Москве. Народ считал, что его отравил Борис, якобы испугавшийся, как бы зять настоящих королевских кровей не завладел престолом, – ведь сам Годунов вышел только из рода татарского мурзы.

Достижения Бориса были одно грандиозней другого: самая высокая колокольня, самый длинный водопровод, первый каменный мост в Москве. В 1600 г. отлили невиданный по размерам колокол, тогда же решили сделать для нового храма огромный «Господень гроб злат, весь кован и ангелы великие литые... и Евангелие златое, и сосуды златые, и крест злат и всю службу церковную... с каменьем драгоценным и с жемчугом, которым нет цены».

Царь Борис как личность до сих пор остается загадкой. В нем так спрессованы и добро и зло, что разобраться невозможно. Может быть, прав современник Бориса Иван Тимофеев, писавший, что царь Федор в своей святой простоте был для Бориса сдерживающим началом. Он научил Бориса многому хорошему, но «долголетнее злоумышление его – достигнуть самой высоты власти» искалечило душу Годунова. «Ясно, – продолжал Тимофеев, – что когда Богом ослаблена была сдерживающая его узда и не было около него никого, кто бы остановил его... Но никто не знает, что в час его смерти в нем возобладало и какая часть его дел – добрая или злая – перетянула весы...

А между тем на страну надвинулось несчастье. С 1601 г. в России начался страшный голод, унесший сотни тысяч жизней. Молебны об отвращении беды не помогали, люди ели кошек и собак, а потом в Москве началось людоедство. Царь пытался помочь народу, раздавая хлеб и деньги, но чиновники-подьячие разворовывали государеву милостыню, посылая за дармовым хлебом своих родственников и слуг, обряженных в разодранные одежды. При этом в государстве запасы продовольствия были велики, однако власть не смогла хорошо организовать раздачу хлеба голодающим. Искренние, но неумелые попытки царя помочь людям оказались тщетными. Услыхав о бесплатной раздаче хлеба в Москве, из уездов в столицу устремились толпы голодающих. Они пришли тогда, когда хлеб в государственных хранилищах уже закончился. Пришедшие пополнили массы умирающих на улицах Москвы людей.

Начались болезни, чума, участились разбои и грабежи на дорогах и улицах городов. Большая банда некоего Хлопка действовала прямо под самой Москвой. Разбойники сумели разбить посланный против них отряд окольничего Ивана Басманова, а самого воеводу убили. Людьми овладевало отчаяние и раздражение. Все они, ранее умолявшие Бориса сесть на трон Рюриковичей, теперь проклинали царя и винили во всех своих несчастьях.

Народ, отвернувшийся от Бориса, с надеждой ждал своего спасителя. Ведь по стране с 1602 г. поползли слухи о неугодности Бориса Богу и о появлении «истинного царя», якобы чудесно избежавшего в Угличе ножа убийцы царевича Дмитрия. Обеспокоенный россказнями о «воскресении» царевича Дмитрия, Борис пытался устранить корни зреющего, по его мнению, заговора. Он приказал отправить в ссылку боярина Вельского, у которого в наказание выщипали по волоску большую черную бороду – предмет особой гордости вельможи. Среди своих ярых врагов Борис числил и род бояр Романовых, родственников первой жены Ивана Грозного, Анастасии, и царя Федора. Четверых братьев Романовых, сыновей боярина Никиты, и многих их приятелей сослали в дальние города. Самого умного и талантливого из Романовых, красавца и щеголя Федора Никитича, отца будущего царя Михаила, постригли в монахи под именем Филарета в 1600 г. и держали в заточении в Троице-Сергиевом монастыре.

Явление на небе яркой хвостатой кометы летом 1604 г. напугало всех, в том числе и царя. Для средневекового сознания это был знак грядущей беды. Пытками и казнями Борис пытался задушить на корню слухи и пророчества, предвещавшие падение его царства. Но когда из Польши пришли точные известия о появлении самозванца под именем царевича Дмитрия, трон под Борисом зашатался. Убедить народ в том, что человек, выдававший себя за Дмитрия, – галицкий дворянин, самозванец, беглый монах, расстрига Юшка (в монашестве – Григорий) Отрепьев, оказалось невозможно. Борис пребывал в тоске и отчаянии: ему всюду мерещились «мальчики кровавые» – призраки убиенного царевича Дмитрия.

Важно и то, что Борис не был воином и, как писал современник, «в делах воинских не отличался искусством… Не слишком хорошо владел он и оружием». А в те времена правитель – умелый и отважный воин – мог добиться многого. Борису же приходилось сидеть в Кремле, вдали от поля битвы, и ждать известий от своих воевод.

И хотя 21 января 1605 г. армия воеводы князя Ф. И. Мстиславского разгромила шайки Лжедмитрия, остановить самозванца не удалось – один за другим города юга России переходили на его сторону. Хандра овладевала царем все больше. Он многократно добивался, чтобы знаменитая пророчица Олёна Юродивая предсказала ему будущее, но та гнала царя от себя прочь. 13 апреля 1605 г. Борис долго смотрел на Москву с колокольни, потом выпил яд и, спустившись на землю, умер. Изо рта и носа у него текла черная кровь. Царя поспешно похоронили на следующий день возле гробницы Ивана Грозного в Архангельском соборе.

Объявленный царем 16-летний сын Бориса Федор Борисович правил всего лишь полтора месяца. Воеводы нового царя один за другим переходили на сторону самозванца, в самой же столице чернь день ото дня становилась все более дерзкой, требуя вернуть в Москву мать Дмитрия царицу Марию Нагую. Другая царица Мария, вдова Бориса Годунова, фактически управлявшая государством, и слышать об этом не хотела. Она послала на Лобное место руководителя следственной комиссии в Угличе князя Василия Шуйского, и тот клялся перед народом страшными клятвами, что истинный Дмитрий умер. Шуйский воздевал руки и говорил, что этими самыми руками он положил царевича во гроб. Но потом, как гром среди ясного неба, прозвучала новость: посланный в армию главнокомандующим П. Ф. Басманов вначале присягнул со всем войском царю Федору Борисовичу, а потом вдруг переметнулся к самозванцу.

 
Автор: Евгений Викторович Анисимов
Из книги: «Истоия России»
Поддержите нас, нам нужна Ваша помощь! Пожертвуйте на развитие
православного журнала «Преображение».
Мы благодарны всем за поддержку!
помощь
Разделы журнала
Реклама
От сердца к сердцу

Без Бога нация - толпа,
Объединенная пороком,
Или слепа, или глупа,
Иль, что еще страшней, -
                               жестока.

И пусть на трон взойдет любой,
Глаголющий высоким слогом,
Толпа останется толпой,
Пока не обратится к Богу!

иеромонах Роман

Цитата

фото«...важно помнить — современная информационная среда пристально следит за любыми новостями, связанными с Церковью. И здесь я хотел бы сказать не только о журналистах — я бы хотел сказать вообще о людях, представляющих Церковь в глазах мирян, в глазах светского общества. Мы должны обратить особое внимание на образ жизни, на слова, которые мы произносим, на то, как мы себя ведем, потому что через оценку того или иного представителя Церкви, чаще всего священнослужителя, у людей и складываются представления о всей Церкви. Это, конечно, неверное представление, но сегодня, по закону жанра, получается так, что именно какие-то погрешности, неправильности в поступках или словах священнослужителей моментально тиражируются и создают ложную, но привлекательную для многих картину, по которой люди и определяют свое отношение к Церкви.»

Патриарх Кирилл на закрытии V Международного фестиваля православных СМИ «Вера и слово»

фото«Свобода создала такой гнет, какой переживался разве в период татарщины. А — главное — ложь так опутала всю Россию, что не видишь ни в чем просвета. Пресса ведет себя так, что заслуживает розог, чтобы не сказать — гильотины. Обман, наглость, безумие — все смешалось в удушающем хаосе. Россия скрылась куда-то: по крайней мере, я почти не вижу ее. Если бы не вера в то, что все это — суды Господни, трудно было бы пережить сие великое испытание. Я чувствую, что твердой почвы нет нигде, всюду вулканы, кроме Краеугольного Камня — Господа нашего Иисуса Христа. На Него возвергаю все упование свое»

26 октября 1905 год. Новомученик Михаил Новоселов в письме Федору Дмитриевичу Самарину

иконаЧеловек всего более должен учиться милосердию, ибо оно-то и делает его человеком. Многие хвалят человека за милосердие (Притч. 20, 6). Кто не имеет милосердия, тот перестает быть и человеком. Оно делает мудрыми. И чему удивляешься ты, что милосердие служит отличительным признаком человечества? Оно есть признак Божества. Будьте милосерды, говорит Господь, как и Отец ваш милосерд (Лк. 6, 36). Итак, научимся быть милосердыми как для сих причин, так особенно для того, что мы и сами имеем великую нужду в милосердии. И не будем почитать жизнию время, проведенное без милосердия.

Иоанн Златоуст